Чашка чая в Саратове и яблоки села Бахтин

Чашка чая в Саратове и яблоки села Бахтин

Бахтин Аркадий Саратов

Все о владельце рубльбума из Саратова на сайте ...

Чашка чая в Саратове и яблоки села Бахтин

Каждый день мы совершаем привычный ритуал, у каждого свой. Кито-то пьёт
кофе, кто-то смотрит погоду в Саратове, кто-то слушает Леди Гагу.
Неспешно съев или наскоро проглотив свой завтрак, мы направляемся на
работу: кто бегом, кто не торопясь, а кто и вовсе успевает поплавать в
бассейне перед началом трудового дня.

Несмотря на такое разное начало, нас объединяет одно: у всех есть
конечная цель, стремясь к которой мы мало, что замечаем вокруг. И мы
проходим мимо людей, которые выполняют своё незаметное дело: дорожных
рабочих, дворников, уборщиц в подъездах.

В моём дворе тоже был человек, который подметал пыль и листья, чистил
снег и собирал мусор. Не знаю уж, хорошо или плохо, как мог.

Я не знал, как его зовут, и ни за что не узнал бы его лица в толпе.

Но вот однажды я заметил, что во дворе стало как-то неопрятно, а
знакомой фигуры в бесцветной куртке нигде не видно. «Ну, может, приболел
или ушёл в запой», — подумал я и сразу же забыл.

Вечером я шёл домой в хорошем настроении — купил с зарплаты вкусный
торт. Сам я его весь, конечно, не съём, и кота кремом не накормишь. Вот
бы поделиться с кем-нибудь своей радостью!

За окном начинался снег. Я полюбовался в окно на танец снежинок , они
мягко кружились в тёплом свете фонаря. И тут я увидел его. Сгорбленная
фигура сидела на крыльце, спина и шапка запорошены снегом. «Бомж»,-
подумал бы я в другой день, и забыл бы о бедолаге. Но рядом стояла
совковая лопата. Сомнений не оставалось, это наш дворник.

Набросив куртку на плечи, я, не долго думая, вышел в коридор, пустился
по лестнице. От стука двери дядька едва заметно вздрогнул. Кажется, он
уже очень сильно замёрз.

- Извините... вы... не хотите чаю? - спросить «вы в порядке» у меня
как-то язык не поворачивался.

На этот идиотский вопрос он отреагировал совершенно внезапно — взял и
согласился.

Я был так ошарашен, что даже и не подумал: а может, я зря пригласил
совершенно незнакомого человека в дом?

Дворник между тем неловко потоптался у двери, снял весь в снегу бушлат,
и неловко посмотрел на меня.

- Понимаете, у меня маленький праздник, торт... А чаю попить не с кем.
Не поможете? - как можно дружелюбнее и с минимальным количеством в
голосе сказал я.

Человек посмотрел на меня удивлённо.

- Хорошо. - просто ответил он. Голос был тихий и приятный, а лицо, как
оказалось, вообще не походило на алкоголика.

- Хотите бутерброд?

- Договаривались на чай — заметил он. - Не надо подачек.

Внезапная гордость собеседника меня удивила, но не обидела.

- Я ведь совсем о вас ничего не знаю. Аркадий,- представился я.

- Пётр Борисович, - как-то медленно, будто нехотя сказал он.

Я налил неразговорачивому знакомому чаю.

- А я биологом в школе работаю. А вы чем... Что делаете после работы?

- Вы не это хотели спросить — из-а чашки заметил проницательный старик.

Я сдался.

- Может, это не моё дело... Что с вами случилось? Вас, кажется, не было
несколько дней.

- А почему вам это интересно?

Я и сам не знал. А Пётр Борисович между тем отставил чашку, аккуратно
сложил ложку и тарелку, и явно собирался уходить.

- Извините... я не хотел вас обидеть, если что, - промямлил я.

- Вы не обидели — просто сказал он, и мне показалось, что на губах его
мелькнула улыбка, быстро потерявшись в густой бороде.

Визитёр ушёл так же незаметно, как пришёл, а я всё гадал, что это за
удивительный человек?

Я теперь всегда здоровался с ним, задавал ничего не значащие вопросы , и
он отвечал. Как-то раз весной, когда стало почти тепло, я застал его за
лёгким завтраком — он ел бутерброд, сидя всё на том же крыльце. Честно,
я не сразу его заметил, сливающегося своей тусклой одеждой с безрадосным
цветом асфальта Саратова.

-Здорово, Аркадий, - махнул мне Пётр Борисович. - Бери яблоко, - он
указал ан пакет. - Из Бахтина, село такое. Мне вот родственники гостинец
прислали.

Я взял яблоко, оно было тяжёлое и ароматное, с россыпью тонких полосок
по бокам.

- Спасибо,- сказал я, и уже хотел уйти.

- А ведь твой чай, можно сказать, мне жизнь спас. - почти в спину мне
сказал он. - Так что это тебе спасибо.

Улыбаясь, мы расстались, и я пошёл, сжимая в кармане яблоко, на работу.
Я, честно, не знаю до сих пор, кто этот Пётр Борисович такой. Может, он
бывший музыкант симфонического оркестра или простой рабочий завода,
ушедший на пенсию. Иногда по вечерам я выношу термос с чаем и мы пьём
его молча, заедая бутербродами, наблюдая, как опускается ночь.